?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Поделиться Next Entry
Приватизация и демонополизация - невыполненные задания Украины
trim_c

Лешек Бальцерович, известный экономист, составивший себе имя на успехе польских реформ, год назад стал сопредседателем вместе с Иваном Миклошем группы советников правительства. Год его пребывания в Украине подходит к концу. В связи с этим Николай Княжицкий на канале ЕСПРЕСО взял у него интервью. Я представляю его своим читателям в существенно сокращенном виде. Те, кто хотел бы получить информацию в неискаженном виде, могут прочесть по ссылке или просмотреть там же видео-версию



Лешек Бальцерович, руководитель группы советников украинского правительства, об удачных украинских реформах, провалившуюся приватизацию и успехи в борьбе с коррупцией

Вы не считаете для себя этот год, это время Вашей работы в Украине потерянным? Вы чувствуете тот результат и пользу, которую Ваша работа принесла?
Я думаю, что самые главные успехи – это прежде всего реформа нефти и газа. Много сделано, если речь идет о предпосылках для реформы антикоррупционной сферы. Много сделано в вопросе консолидации финансов. Люди не понимают, что могло бы случится в Украине, если бы не было этой консолидации. Была бы катастрофа.
У меня очень большое уважение к госпоже Гонтаревой, потому что она проделала прекрасную работу. осле Майдана была попытка реформ и, по-моему, больше сделано, чем видно. Потому что люди не видят, что бы случилось без Национального банка.

Можете все-таки более четко объяснить, какие самые важные реформы были сделаны с Вашей точки зрения?
По крайней мере, были начаты реформы, неоконченные пока. Я уже сказал, что это – нефти и газа, это был, так сказать, пункт, где было очень много коррупции. Там много было сделано, чтобы устранить это. Я выражаю уважение этой новой команде.

Команда, конечно, продолжает работу, надо сделать реструктуризацию нефти и газа, но много было сделано. Я тоже сказал, но могу повторить, что если речь идет о легальных предпосылках для очищения судебного аппарата, прокуратуры – они были сделаны. Были созданы новые институты, как НАБУ, чтобы сократить это.

Но где сделано намного меньше. Я все время не понимаю, почему не было приватизации, почему удерживаются эти сотни государственных предприятий.

Кто отвечает в формальном смысле этого слова за приватизацию? Есть у вас громадный фонд имущества. 2 тысячи людей. Есть господин Белоус. Никакой приватизации нет. Где ответственность?

В планах каждого государства есть пункт: будет столько-то предприятий приватизировано. Ничего не сделано. Я этого просто не понимаю. Потому что знаю из опыта Польши и других стран, что можно мелкие предприятия государственные передать, можно часть имущества передать, активы и так далее.

У них есть объяснения: идет война, низкая цена, сейчас не выгодно продавать, многие так говорят.
Это просто абсурдно, потому что дареные активы будут в руках частного предпринимателя, они будут работать намного лучше. Были тоже планы про более крупные предприятие – ничего не сделано. Это вредит экономике, и для меня не ясно, почему нет продвижений.

У вас большие достижения с ProZorro. Мы предлагали несколько месяцев назад господину Белоусу: употребите ProZorro, чтобы было прозрачно. Мелкие предприятия можно продавать частным, пока ничего не получилось. Я этого не понимаю.

Если говорить о частной собственности на землю, которая у нас стала такой фишкой популизма. Потому что большинство людей отказываются об этом говорить вообще, оппозиционные партии выступают в парламенте и все время продолжают этот мораторий.

Даже в России это уже сделано несколько лет тому назад. Большая польза экономики. Здесь триумф популизма. То есть реформаторы так боятся популистов, что они продолжают мораторий.
Они должны сделать кампании по информации. Можно все эти мифы профессионально выяснить. Это пока не сделано. Можно пояснить людям, что частная собственность на землю в рамках хорошей законной системы – это польза для людей и для экономики.

Есть опыт многих стран. Можно сделать аукционы. Есть разработка таких систем, таких предложений группой украинских экономистов и Мирового банка, и мы надеемся, что в конце концов этот проект будет принят. И будет кампания по информации, чтобы не было так, что Украина теряет слишком много в плане экономического роста, а также репутации. Потому что имеет место триумф популистов.

Но тем не менее этих информационных кампаний нет. Люди не понимают, какие реформы необходимы в первую очередь, чем из-за этого им придется рисковать, но что они получат потом, что нужно сделать? Нет этого. Есть большой информационный шум, построенный опять-таки на популистских лозунгах, но такой вот системы информационной политики не существует.
Я могу согласится с этим. Но я думаю, что не надо только ждать и надеяться на президента или правительство. Есть много разных организаций, которые могут взять на себя эту миссию.

Другие центры должны делать антипопулистскую работу. Кажется, что здесь такое отклонение, что очень много мнений концентрируются на критике государства, то есть президента, премьер-министра, но ничего не говорится об оппозиции. А оппозиция намного хуже, популистская.

Если только критика сосредоточена на правительстве или Администрации президента, а оппозиция ничего не делает, то кто пользуется этим? Это такая ассиметрия, которая служит популистам.

У нас так традиционно происходит. Я как раз общался с журналистами перед тем, как зайти в эту студию. Мы разговаривали о том, что у нас безусловно, слабая власть, которая делает много ошибок. Но оппозиция от нее ничем не отличается.
Она намного хуже. Потому что все те предложения, которые я знал, это просто не устранить громадных субсидий по газу, которые вели к большой коррупции.
Или введение рынка земли – это катастрофа. Это не катастрофа. Это введено всеми бывшими соцстранами, кроме Украины и, быть может, Белоруссии. Но Россия это сделала.

Как Вы считаете, коррупции в стране после последней революции стала меньше? Как Вы это чувствуете?
Очень трудно, потому что нет меры. Не надо только опираться на то, что люди думают. Потому что как только больше начинается война с коррупцией, тогда больше в медиа насчет коррупции. И тогда люди думают, что она повышается. А по сути она может сокращаться.

Я помню, так было в Польше. Я был одним из лидеров борьбы с коррупцией в конце 1990-х годов и тогда было очень много борьбы с коррупцией, люди думали, что больше коррупции. Осознание, что есть коррупция, повысилось, но по сути дела она сократилось. Я думаю, что так и в Украине. А прежде всего надо устранять возможность для коррупции.

А чувствовали ли Вы и чувствуете ли, работая в группе советников, влияние того, что в нас называется олигархической системой, и олигархов? Потому что это такое явление, которое не настолько характерно для современной Польши и даже для России, где все-таки роль авторитарного президента больше.
Ну в России Путин и есть главный олигарх, и другие главные олигархи - они во власти.

Прежде всего надо понять, почему в Польше не было и нет олигархов. То есть предприниматель, который получает незаконные выгоды от государства или других. Потому что мы с самого начала начали либерализацию экономики, включая внешнюю либерализацию.
Это была конкуренция. И тоже у нас не было такой зависимости от России по газу. И это показывает, что надо просто вести честную конкуренцию.

Насколько эффективными, с Вашей точки зрения, является наш Антимонопольный комитет и наша антимонопольная политика?
Я упоминал приватизацию, где ничего не сделано. А второй пункт – думается, что можно и надо больше сделать по демонополизации прежде всего, проделать анализ и после анализа это устранять. В Польше это был один из самых главных пунктов первой программы в 1990 году.

Мы, во-первых, сделали громадную радикальную либеральную внешнюю либерализацию. Во-вторых, устранили почти все монополии. Потому что социализм – это были только монополии. Это важно для конкурентоспособности, для конкуренции, для устранения возможности возникновения олигархов. И надо просто это сделать.

Есть список монополий например, в энергетике, в фармацевтике. Но мы хотим более полную картину, и прежде всего на основе этого анализа, чтобы делать более интенсивные шаги.

Эти реформы не болезненные для общества. Говорится, что реформы – хорошо, они нужны, но болезненны. Это неправда. Что осталось в Украине? Реформы, которые быть могут болезненны для групп интересов. И надо это сделать!

Но эти группы интересов опять же представлены в парламенте, в медиа и так далее и хватит ли сил в тех, кто хочет их провести, победить это сопротивление?

Для Украины очень важно развиваться быстрее, потому что много потеряла. И Украина может развиваться намного быстрее, чем 2-3 процента в год. Это зависит от не очень трудных интеллектуально реформ, которые не болезненны для общества.

Приватизация – чтобы имущество пошло в руки лучших инвесторов, демонополизация энергетическая, устранение этих структур государства, которые являются очагами коррупции, внедрение в жизнь того, что уже было введено Верховной Радой. Это предпосылки для ограничения коррупции и так далее.

И если такой пакет будет внедрен в жизнь, тогда экономический рост будет намного быстрее. Это была самая главная идея, самая главный посыл, которую я старался передать и в медиа и самым главным властям Украины.

Украина, Вы считаете, должна стремиться стать членом Европейского сообщества?
Украина прежде всего должна ускорить реформы, которые были уже начаты или вовсе не начаты – как приватизация или демонополизация, быть успешной экономически. Это самый главный аргумент дипломатии.



Отмечу тезисы Бальцеровича, которые мне представляются принципиально важными

1. Впечатление об отсутствии реформ ошибочно, хотя и хотелось бы больше и энергичнее, но реально сделано больше, чем кажется

2. Одним из важнейших успехов является реформа в газовой сфере, тут ликвидирован масштабнейший канал коррупции. Можно также отметить успех программы ProZorro.

3. Главным тормозом в развитии экономики и борьбе с коррупцией является не плохая работа новых органов а огромное количество государственных предприятий. При этом есть ведомство - фонд госимущества в нем 2000 чиновников, а результат приватизации нулевой.

4. Серьезным тормозом в росте экономики является также отсутствие рынка земли. Создание рынка земли проведено во всех европейских странах бывшего социализма, в Прибалтике и даже в России - остались только Украина и Беларусь.

5. И еще одно направление реформ из числа важнейших - демонополизация экономики. Однако тут задеваются частные интересы и тут как и в приватизации - тоже ничего не делается

6. Оппозиция в Украине хуже власти - они откровенные популисты и крайне мешают проведению реформ

7. Пресса все время атакует власть но абсолютно не критикует оппозицию


В последнем пункте безусловно грешен и я. И разумеется на фоне Бойко, Рабиновича, Ляшко и Тимошенко даже Гройсман смотрится ответственным государственным мужем.

Однако есть у нас ведь и малопопулярная, но при этом вовсе не популистская оппозиция ("Самопомич", Гриценко, Демальянс) - но о них Бальцерович не сказал ничего. И это понятно.
Он считает наиболее важными пунктами приватизацию и рынок земли. А тут громче всех слышны вопли Ляшко-Тимошенко.

Мне кажется, что и власть не спешит с приватизацией и демонополизацией не потому что там такое отчаянное сопротивление, а именно потому, что и сама власть хлебает из этого котелка.
Т.е. остается по своей классовой природе прежде всего властью олигархической. И блюдет свой частный интерес в первую очередь, интерес национальный во вторую. Или в третью.

Такая вот картинка маслом


  • 1
Профессор! Вы пропустили!

"У меня очень большое уважение к госпоже Гонтаревой, потому что она проделала прекрасную работу."

Будет забавно посмотреть на последствия глобальной приватизации.

Только я боюсь, что итог вам не понравиться. Но с другой стороны борьба с коррупцией это святое.

> есть у нас ведь и малопопулярная, но при этом вовсе не популистская оппозиция ("Самопомич", Гриценко, Демальянс) - но о них Бальцерович не сказал ничего. И это понятно. Он считает наиболее важными пунктами приватизацию и рынок земли.

6 жовтня народні депутати прийняли "доленосне" рішення щодо продовження мораторію на продаж сільськогосподарських земель до 2018 року.
За один день вони провели відповідний законопроект через аграрний комітет і проголосували на нього в залі.
Проект зареєстрували лідери п'яти фракцій і груп: РПЛ, БПП, "Народний фронт", "Самопоміч" і "Воля народу". Він набрав майже конституційну більшість — 297 голосів.

фракція «Об’єднання «Самопоміч» віддала за цю ініціативу 19 голосів (із 26)

Edited at 2017-02-28 10:50 (UTC)

Кстати, британского кремниевого детектива RAVN ACE не видели?
Занятнейшая система, ревизор на big data. Причем сделанный на базе открытого софта.
Перелопачивает 600000 страниц финансовых документов/день.Уже вскрыл коррупцию 26 летней давности!

  • 1