August 13th, 2017

Есть и очевидные выводы


Вчера я устроил один небольшой опрос.
Вызван он был очередным враньем министра Лаврова, он заявил, что просто России пришлось вмешаться, чтобы защитить русских в Крыму и на Донбассе.
Однако же русские в Украине живут ведь не только в Крыму или на Донбассе. Вот Днепровская (ранее днепропетровская) область прямо граничит с Донецкой и национальный состав ее очень незначительно отличается от национального состава Донбасса. Однако я нигде и никогда не читал, чтобы русские в Днепре подвергались каким-то преследованием или ущемлялись их права.

А Лавров говорит что необходимо было защитить... не защитить было все равно как сдать Ленинград немцам (т.е. русским в Украине живется как в немецкой оккупации?)Collapse )

Еще не Орвел


Сергей Медведев: Я должен признаться, что очень часто вдохновением для моих эфиров служит сериал "Черное зеркало". Одна из серий третьего сезона называется "Пике": самолет падает, входит в пике. Там действие происходит в мире, где все люди получают оценки (это похоже на то, как вы получаете лайки, пятерки в соцсетях), и эти оценки приобретают юридическое значение. Люди в дополненной реальности могут видеть профиль друг друга и выставлять оценки за любой поступок. Вы оцениваете таксиста, таксист оценивает вас, прохожие оценивают вас за то, что вы улыбнулись, продавщицы – за то, что вы заплатили точно без сдачи, и так далее. И при этом каждый человек оценивается согласно своей усредненной оценке. Людям со статусом меньше трех может быть запрещен доступ в общественные места, двойки – это социопаты, единички – просто маньяки, а люди со статусом четыре с половиной и выше – это наиболее ценные члены общества.

Все это выглядело как научная фантастика до тех пор, пока неделю назад я не прочел на сайте Carnegie.ru статью журналиста, китаеведа Леонида Ковачича о том, что эта оруэлловская антиутопия о постоянной оценке людей уже, оказывается, претворена в жизнь и работает в Китае. И мы позвали в гости Леонида, чтобы разобраться с тем, так ли это все на самом деле и чем это нам грозит. Сразу скажите: то, что вы написали о китайской системе, это не шутка, не розыгрыш? Collapse )

История и пруфы

Я в порядке - тьфу, тьфу, тьфу,
Мишка пьет проклятую.
Говорит, что за графу
Не пустили пятую
/Владимир Высоцкий/
В оправдание вторжения России мне тут пишут, что Украина устроила жуткие репрессии для русского и вообще русскоговорящего населения, и именно потому, как правильно отметил Министр России Сергей Лавров, Россия была просто обязана вмешаться, "есть вещи, которые мы не можем оставить, если мы являемся нацией" - т.е. Россия должна была защитить русских от украинских нацистов.

Тут у меня сразу возникают вопросы такого рода - давайте сравним жуткие репрессии Украины против русскоязычных - и абсолютно корректное толерантное отношение России к украиноязычным.

Давайте сравним:Collapse )

Постсоветизм. Патронаж и клиентела


АНДРЕАС УМЛАНД

Это на мой взгляд один из лучших знатоков украинской политики из числа тех аналитиков, чьи работы регулярно печатаются по русски. Но сегодня он публикует обзорную статью по вопросу нового описания постсоветских систем в частности украинской системы.

Одно недавнее научное исследование политических систем Восточной Европы, Южного Кавказа и Центральной Азии предлагает новую теорию постсоветской политики, которая помогает объяснить любопытные противоречия в сегодняшней Украине и других бывших республиках СССР.


Что такое «патронализм» и из чего он состоит?

В 2015 году Генри Хейл (Henry E. Hale), политолог из Университета им. Джорджа Вашингтона в Вашингтоне, опубликовал в Кембриджском университетском издательстве объёмную новаторскую монографию под интригующим названием Patronal Politics: Eurasian Regime Dynamics in Comparative Perspective. В этом обширном исследовании постсоветской социально-экономической и политической жизни Хейл переосмысливает политическую экономику и взаимодействие власти и общества в государствах-преемниках СССР. Вашингтонский компаративист, в частности, расследует роль и функционирование президентской вертикали, олигархического правления, отношений между центром и периферии, парламентского процесса и медиа-ландшафтов на территории бывшего Советского Союза (за исключением балтийских республик).Collapse )