trim_c (trim_c) wrote,
trim_c
trim_c

Category:

День козла

Qui tollis peccata mundi
/Gloria/
Дмитрий Быков

Россия демонстрирует сегодня интереснейшую особенность своей национальной психологии. Вне зависимости от того, что население думает и чувствует, оно ведет себя так, как предписывает очередное действие исторической пьесы. Чтобы инерционные выборы представляли хоть какой-то интерес, надо было взвинтить шовинистическую истерику. Следовательно, нужна травля несогласных. Поскольку явно несогласных не наблюдается (кроме Алексея Навального, чьего брата срочно перевели в ШИЗО), нужно придираться к тем, кто молчит с недовольным лицом.

Поиск мишени для очередной травли запущен во всех СМИ. Любой, кто на личной страничке в соцсетях выскажется недостаточно восторженно, может быть использован в качестве мишени. Макаревич написал, что из отдельных россиян пропаганда делает злобных дебилов. Отдельные россияне поспешили подтвердить эту мысль, да так ретиво, что Кремль вынужден их осаживать и устами Пескова напоминать: фраза вырвана из контекста, и реагируют только те, кто считает самих себя злобными дебилами. Аргументы предсказуемы: если Макаревичу здесь так неуютно, может, ему и не жить в России? Тем более он сейчас в Америке, что само по себе подозрительно.

На новом этапе этой истерики сам факт общения с иностранцами, как и предсказывал автор этих строк, уже характеризует вас как сомнительного патриота. В ближайшее время выезд за границу будет рассматриваться как предательство, если, конечно, вы не едете туда представлять Россию, например, на культурном фронте (где тоже лучше бы хамить или как минимум подчеркивать свое превосходство). Оппозиционность побеждена. Теперь грехом является уже недостаточная восторженность. Подчеркнем: внутри себя никто не думает ничего подобного, да и вообще никто не думает — отсюда поразительная легкость смены взглядов, каковую мы наблюдали с 1985 по 1991 годы.

Принципиальная новизна в этой ситуации одна. Раньше вся эта истерика вела к войне и ею разрешалась, а война очищала воздух. Она заставляла вспомнить о традиционных добродетелях, приостанавливала стукачество, отвлекала начальство от порчи населения и вынуждала заняться борьбой с безусловным злом вроде фашизма; так было не всегда, но по крайней мере один раз было именно так. В народе просыпалась солидарность, появлялись проблемы посерьезней травли, некоторых репрессированных даже возвращали ввиду потребности в профессионалах.

Вообще на этапе заморозков в России всегда нагнетается военная истерия, выход из которой без войны немыслим; в предвоенные эпохи дело не обходится без внутренней мобилизации на всех уровнях — как на промышленном, так и на идеологическом. Так было и в 1914 году, и в 1941-м; проблема только в том, что фактор ядерного сдерживания, как это называлось в эпоху позднего совка, несколько меняет картину. Ни для кого не секрет, что в канун войны порча нравов становится тотальна, и тут уже неважно, с кого началось: с коммунизма, с фашизма, с европейского коллаборационизма…

Впрочем, нагнетание взаимной истерики — а оно и на Западе наблюдается, чтобы Захаровой и Симонян было о чем писать, — не может разрешиться ничем, так что вместо конца быстрого и решительного предлагается медленное гниение. Очень уж сильная и приятная эмоция — ресентимент, а главное, ужасно заразительная.

Но есть в этом еще и некоторое утешение — для Макаревича и других, включая меня: этим козлам отпущения ничто не угрожает.
Высоцкий в гениальной песне заметил, что Козел Отпущения такому режиму исторически необходим — и именно у него наилучшие перспективы при любой турбулентности во власти; рискну даже сказать, что одновременно с заведением своего Дракона (согласно Шварцу, которого теперь цитируют постоянно) приходится заводить и своего Козла. Об этом и Оруэлл уже догадался.

Поскольку до войны может не дойти, козлы отпущения находятся в полной безопасности и даже в привилегированном положении — рискну сказать, что они сегодня самые нужные люди. В России незаменимы только профессионалы, а уж наши козлы высокопрофессиональны — они не могут изменить себе, поскольку еще блюдут кодекс. Поэтому тем, кого травят, можно ни о чем не беспокоиться, кроме травли: Кремль — понимая всю меру их необходимости — всегда их защитит, а население даже полюбит. Один из «Наших» признавался Илье Кормильцеву: да вы не обращайте внимания, нам даже нравится.

Остается один вопрос: может ли растление быть бесконечным? На этот вопрос, увы, приходится ответить утвердительно. Если альтернативой ему является ядерная война, этому статусу ничто не угрожает. Как говорил в 1951 году Шостакович: «Средние века. Вы понимаете? Ве-ка!»


Я тут хочу высказать некое несогласие с автором, даже целых два несогласия.
Быков пишет о России - это понятно. он в этом живет, он это кожей ощущает.
Но накат ресентимента ощущает далеко не одна Россия. Мне кажется, что вся Европа к востоку от Одера-Нейсе в той или иной степени переживает то же самое (Скандинавия не в счет, пока держится еще Словакия).

Однако и Дикий Запад начинает заболевать тем же, потому что Трамп - это ведь симптом, кто бы и что бы ни говорил.

А второе возражение - что это нам на «века. Вы понимаете? Ве-ка!». Нету у нас веков. Мне кажется,что даже и десятилетий у нас нет.
Если наступление первобытных эмоций и людей, которые ими живут, не будет остановлено буквально в несколько лет, то рухнуть может не Россия, а вся цивилизация.

В конце концов цивилизация это всего лишь болезнь, и притом достаточно кратковременная, что следует из "принципа Ферми". Я не вполне разделяю этот принцип, но зато сравнительная краткость существования высокотехнологичной цивилизации кажется мне вполне вероятной, жизнь прекрасно развивалась на Земле 4 миллиарда лет без цивилизации - проживет и дальше.

А цивилизация существует всего лишь десять тысяч лет - ничтожное мгновение - а вон сколько пустынь уже образовала
Tags: Быков, Сноб, кризис Запада
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments