?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Поделиться Next Entry
Токсичность России
trim_c

Мария Епифанова


Отмывание денег и русские школы

Этот предвыборный год в Латвии выдался откровенно непростым. Он начался с крупного скандала в банковском секторе: финансовая разведка США обвинила один из крупнейших банков страны в масштабном отмывании денег — в основном, из России.

Второй главной темой предвыборного года стала так называемая реформа русских школ, в апреле окончательно утвержденная президентом Раймондом Вейонисом. Как таковых русских школ в Латвии нет с 2004 года: в школах нацменьшинств преподают по схеме 40/60 — в начальной школе почти все предметы — на родном языке, затем доля государственного языка в обучении постепенно увеличивается и достигает 60% к выпускным классам. Нынешняя реформа предполагает еще большее увеличение доли латышского в школах нацменьшинств, а в старших классах с 2021 года все обучение должно идти на латышском.

Русскоязычные жители Латвии встретили реформу в штыки: протесты против перехода на латышский стали самыми массовыми в Латвии за последние несколько лет. Зато эта история позволила активизироваться «Русскому союзу Латвии» (РСЛ) — еще одной партии, представляющей интересы национального меньшинства, которая в последние годы растеряла электорат и вообще считается в Латвии довольно маргинальной: лидеры РСЛ одобряют присоединение Крыма к России и вообще всячески выступают за дружбу с большим соседом. Впрочем, выборы РСЛ все равно проиграл, не преодолев 5-процентный барьер.

Расклад перед выборами

Значительная часть лозунгов этой кампании касалась геополитических конфликтов и «русских» тем. Так, большой ажиотаж вызвали предвыборные плакаты «Нового Единства». На них действующий министр иностранных дел Эдгар Ринкевич обещал:

«Назло Кремлю Латвия является и будет успешной страной».
Интересно, что даже «Согласие» в этот раз постаралось отмежеваться от роли главного защитника русских, а своей основной задачей назвало повышение минимальной пенсии: вроде бы, проблема, которая не связана с национальным признаком. Да и список кандидатов «Согласие» в этом году сильно отредактировало под латышского избирателя: в него попало неожиданно много латышских фамилий.

Зато латышским избирателям «Согласие» очень постаралось отправить четкий сигнал: мы не только за русских и хотим меняться.

Проблема «Согласия»

В результате на выборах «Согласие» победило, набрав 19,8% голосов — в новом Сейме они получат 23 мандата. И, судя по всему, снова окажутся в оппозиции: все остальные шесть партий, преодолевшие 5-процентный барьер, уже заявили, что готовы вести переговоры о формировании коалиции друг с другом, но без «Согласия». В принципе, это традиционный расклад: уже которые выборы подряд больше всего мандатов получает «Согласие», но в результате все равно остается в оппозиции.

«Согласие» является главной политической силой, представляющей интересы русскоязычного населения Латвии (около 35%). Собственно, этим и объясняются его высокие результаты: голоса латышской части электората распределяются между несколькими партиями, а большинство русскоязычных голосуют за «Согласие».

Главные претензии к «Согласию», как правило, касаются их «пророссийской» направленности, а это в Латвии — особенно после оккупации Крыма — серьезное обвинение.
В 2009 году «Согласие» подписало договор о сотрудничестве с «Единой Россией» — правда, в прошлом году лидер партии, мэр Риги Нил Ушаков заявил, что оно утратило силу еще в 2015 году. При этом Ушаков в дружеских отношениях с некоторыми российскими чиновниками, что тоже считается в Латвии дурным тоном. Так, год назад губернатор Псковской области Андрей Турчак посетил Латвию и выложил фотографию с совместной прогулки с Ушаковым, назвав его «лучшим другом».

Впрочем, в последние годы Ушаков осторожнее: все чаще выступает на латышском, мало общается с русской прессой, да и за русские школы хоть и заступился, но как-то вяло, легко отдав эту тему «Русскому союзу». Но в глазах многих латвийских избирателей и европейских чиновников «Согласие» остается пророссийским брендом.

Каким будет новый Сейм?

В субботу пятипроцентный барьер преодолели семь партий. При этом партии из нынешней правящей коалиции оказались в конце этого списка, зато прошли три новые партии, до сих пор в парламенте не представленные.

Что интересно, партия, получившая второе место, — KPV LV (аббревиатура переводится как «Кому принадлежит государство?»), — тоже рискует не войти в коалицию. Во-первых, их (и небезосновательно) считают популистами: KPV против коррупции, бюрократии, за сокращение госаппарата, за доступную медицину и образование. В общем, много хороших обещаний — мало конкретики и непонятная идеология. Во-вторых, в KPV тоже подтвердили, что не войдут в одну коалицию с «Согласием», но сделали это в последний момент и как будто нехотя. В-третьих, лидер партии Артус Кайминьш — личность очень неоднозначная: в прошлом — актер и шоумен, ныне — политик, задерживался за драку в баре и по подозрению в ведении «черной кассы» партии, часто меняет воззрения на кардинально противоположные. Но зато, судя по результатам, пользуется популярностью.

Но если ни «Согласие», ни KPV не хотят видеть в коалиции, то вариант только один: правящая коалиция из оставшихся пяти партий, потому что тогда как раз получится чуть больше половины депутатов. И это будет интересно.

Все равно нужно будет объяснить, почему в формировании правительства не участвует ни победившая партия, ни партия, получившая второе место. Вопросы вызывает и жизнеспособность коалиции из пяти партий, при этом очень разных идеологически. Например, есть Национальное объединение — ветеран, участник предыдущей коалиции, которое получит в Сейме 13 мест. И есть Новая консервативная партия, которая получит 16 мест: с практически той же риторикой (против беженцев, за латышскую Латвию), которая в ходе предвыборной кампании активно обвиняла Национальное объединение в коррупции и переманивала его избирателей. Еще есть недавно образованная либеральная партия «Развитию/За» — ей, с ее европейскими ценностями, будет нелегко сотрудничать с новыми консерваторами, которые, например, за традиционную семью и категорически против однополых браков.

Нил Ушаков предсказывает, что с учетом этих разногласий, переговоры по созданию коалиции затянутся до Нового года. И, конечно, он считает, что без «Согласия» коалиция в любом случае не будет стабильной.


Я не так давно писал, что ситуация Латвии может служить моделью для Украины.
Однако есть и форменные отлички. Крым аннексировали у Украины. Два с лишним миллиона беженцев - украинцы. И 11 тысяч убитых - тоже украинцы, не латыши.

При этом Россия в Латвии стала токсичной, а в Украине не стала. Т.е. где-то кое-где у нас порой может и стала, но далеко не везде и не для всех. И наши пророссийские партии чувствуют себя прекрасно, а обслуживающие их журналисты ведут себя агрессивно-наступательно.

Но картинга прорисовывается в целом такая: партии латышские раздроблены, их в парламент прошло целых пять штук. А больше всего мест получила партия пророссийская. А на втором месте - партия популизма без границ.
Одно вот не совпадает - у них популистов возглавляет мужчина.

И у них проевропейских партий прошло пять, а у нас пройдет их три. И еще три олигархических пройдет.

Но и у них, и у нас парламент будет плохо управляемым. У нас это означает - всю власть Президенту!
А у них власть все равно у премьера и европейским партиям придется заниматься политикой.
А политика это поиски компромисса.

У нас компромисс будут искать олигархи. И он будет в том состоять, какие куски бюджета удастся отнять от партии президента. Но наш президент очень не любит делиться, а уж на втором сроке и подавно.
Так что политика нас ожидает трудная
Метки: ,

  • 1
Россия в Латвии стала токсичной ггг вы что-то не то читаете. И в Украине никогда не было этнических чисток в отличие от лат ССР неизменной с 1991

  • 1