?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Поделиться Next Entry
Знак опроса
trim_c
По сравнению с прошлым годом уровень одобрения властей в России ощутимо просел
Причем социологи, включая и прикормленных придворных, не стесняются открыто публиковать и комментировать вот такие неприятные для властей сведения. НГ пытается разобраться в причинах явления


Если взглянуть на результаты социологических опросов в России за последние несколько недель, то можно подумать, что в стране какой-то невиданный разгул демократии. Рейтинг доверия президенту достиг исторического минимума в 33% (работу Путина, справедливости ради, одобряет больше людей), про рейтинг «Единой России» и говорить нечего. Курилы Японии отдавать никто не хочет (хотя у Кремля может быть несколько иное мнение на этот счет), а вот правительство готовы отдать кому угодно. К тому же общество захотело участвовать в политической жизни.

Почему социологи, работающие на государство, больше не фиксируют «стабильности» и не боятся публиковать неприятные для властей цифры? Представить себе такую удаль три года назад было очень сложно.

Время сейчас такое
Официальная социология, близкая к власти, уверена, что не изменилось почти ничего: они как делали свою работу — так ее и делают. Другое дело, что поменялась сама жизнь.

«Люди с пессимизмом смотрят в будущее, потому что их картина мира была испорчена во второй половине июня — начале июля» — добавляет президент фонда «Общественное мнение» (ФОМ) Александр Ослон.

Важно еще и то, что «патриотическая мобилизация», связанная с крымскими событиями, ушла, а пенсионная реформа просто добила рейтинги, сделав падение еще более резким, уточняет социолог независимого «Левада-центра» Карина Пипия. Скрывать такие данные просто уже не получается, констатирует политолог Дмитрий Орешкин.

«О падении рейтинга раньше и четче начали говорить в «Леваде», — анализирует он. — В ФОМ и ВЦИОМ делали вид, что это допустимые колебания, статистические отклонения, локальное снижение — ну и так далее. Через несколько месяцев рейтинг упал не на доли процентов, а на десятки процентов, и не замечать этого было уже нельзя, как бы ты ни хотел быть лояльным.


Важно еще, что со стороны самой власти к рейтингам от социологических служб вырос интерес. Отчасти он вынужденный. «Очень часто Песков комментирует результаты наших опросов, потому что журналисты задают ему вопросы про это, — говорит Карина Пипия из «Левады». — Конечно, у нас правительство не заказывает опросы, у них есть где это делать». Но и искреннего внимания со стороны администрации президента стало гораздо больше. ФОМ и ВЦИОМ в один голос говорят, что власть внимательно читает опросники с ответами с середины 90-х годов, но это очевидное лукавство, поскольку в период 2014–2016 годов режим был настолько уверен в своих силах, что мог опросы воспринимать так, как ему заблагорассудится. Тогда изменилась их роль: опрос ВЦИОМ «Поддерживаете ли вы присоединение Крыма?» де-факто был приравнен к референдуму, говорит директор Центра методологии федеративных исследований РАНХиГС Дмитрий Рогозин.

Социология в три смены
сейчас социологи на службе у государства явно перерабатывают, добавляет политтехнолог Перевозчиков. «Осенью во ВЦИОМ, которому опросы заказывает администрация президента, многих сотрудников специально вернули из отпусков, набрали дополнительно людей. Все пахали, было много расшифровок, — говорит Перевозчиков. — Было очень много заказов и по федеральным темам, и по региональным, и по тем территориям, где будут выборы губернатора, по Мосгордуме. Это говорит о том, что появилось понимание, что что-то в нашем королевстве не так, а с другой стороны, мы понимаем, что те подходы, что были в социологии до этого, не совсем верны».

Есть еще один источник информации об общественном отношении к власти и ее инициативам. На базе Федеральной службы охраны существует свое закрытое от посторонних глаз «отделение оперативных опросов». Замеры ФСО проводила еще в 2016 году (тогда спрашивали про жизнь в моногородах), а в конце прошлого года помощник Путина Андрей Белоусов предложил усилить социологическую роль ФСО для большего понимания ситуации. Опросы от охранной службы закрытые, несколько отличается и их методика работы. «Результаты и методики не публикуются, но смею предположить, что их опросы мало отличаются от опросов ФОМ и ВЦИОМ, — говорит Дмитрий Рогозин. — Я знаю, что они используют методологию уличных опросов — в местах скопления населения. Этот метод опроса, как правило, ругают, но он не лишен смысла: при нормальной методике ведения к нему не должно быть претензий. Их отличает непубличность, и заказчик — это всегда государственные службы. Такие опросы используются для принятия управленческих решений».

Ключевая цель любых опросов — понять, что происходит в стране на самом деле, а не только «в папочках». Вопрос лишь в том, что с этими результатами власть будет делать потом. Возможно, в администрации президента пока еще до конца не определились со своим отношением к тому, что результаты настолько откровенно показывают расхождение между властью и обществом. На некоторые уступки (отказ от соцнормы на электричество, отмена оплаты регистрации мобильных телефонов) вроде бы власть на основе соцопросов пойти готова. Но так у общества можно разбудить аппетит требовать и более серьезных вещей. В таком случае изучение опросов общественного мнения важно с той точки зрения, как в новых условиях незаметно «подкручивать счетчики».

Статья на мой взгляд очень так себе, она неинтересна по самой своей методике: опросили руководителей ряда социологических служб, прежде всего прикормленных, и составили материал из их ответов. Тут и получиться интересным мыслям неоткуда, т.к. опрашиваемые заинтересованы максимально скрыть истину, а не выявить ее.

Однако когда появляется нечто, о чем говорят "взгляните, вот это ново", то сведения все равно пробиваются через любой шум, даже если это новое уже было в веках.

И фактом является то, что страстная фаза романа между российским обществом и российской властью, которая началась вторжением российских войск в украинский Крым, подошла концу. И власть осознала эту неприятную новость, она поняла. что не может болше рассчитывать на всеобщий одобрямс любому решению.

А это значит, что нужно проявлять интерес к общественному мнению, причем искренний интерес, хотя бы для того, чтобы избегать ненужных провалов и не злить людей пустяками. Но вот как пользоваться этим инструментом, который был путинской власти не нужен много лет, она подзабыла. И сейчас идет притирка деталей и выяснение новых границ, в которых должны проходить пути свободы, дозволенной сверху.
Пока что всем социологам разрешается почти все, т.е. границы не определены.
А что будет дальше - не известно.

И мне кажется. что по многим, куда более важным вопросам, кремлевская власть еще не определилась: множество конфликтов, скандалов и провалов каков внутренней, так и во внешней политике сигналят о необходимости перемен, и факт наличия этих сигналов осознан в Кремле.

Но вот каковы должны быть перемены, где следует нажать, где отпустить, а где обойтись косметикой - вот по многим важным вопросам решения еще не приняты.
Не приняты они и по социологии, но она и не рассматривается как проблема первоочередная, наука подождет

Последние записи в журнале



  • 1
Это же Россия. Запретят соцопросы через годик-другой - и нет проблемы.

Тех кто против власти - лес валить для китайцеа, пробема-то, путь давно изученный:)

  • 1