trim_c (trim_c) wrote,
trim_c
trim_c

Categories:

Второстепенные оккупированные территории

Я просто обожаю, когда люди известные высказывают мысли, которые я раньше высказывал без них.
Моим читателям давно известно,что мое отношение к возврату ОРДЛо таково:
- я против их возвращения в Украину на любых условиях кроме выплаты Россией многомиллиардной контрибуции - как минимум в течение ближайших трех лет;
- я категорически против любых изменений в конституции ради возвращения оккупированного Донбасса (Крым - другое дело);
- я совершенно уверен, что Путин, не прост согласен а прямо хочет вернуть нам территории на любых условиях, которые будут выглядеть как победа Путина.

Соответственно для меня любые условия, которые позволяют Путину просто даже увеличить степень своего контроля за Украиной совершенно неприемлемы, и я их рассматриваю как тяжелое поражение Украины. И - никогда такого не было, и вот опять - вот опять мысли, родственные моимвысказывает Павел Казарин и потому возвращается в число охотно цитируемых мной авторов


Новая власть настолько новая, что каждого ее представителя начинают тестировать на «красные линии». Любое интервью не обходится без вопроса о том, где лежит граница компромисса. И чаще всего в ответ мы слышим о том, что «территориями не торгуем».
Но как раз в таких заявлениях нет ничего успокаивающего.

В 1991 году Украина получила независимость не в результате своих деятельных усилий. Ее национально-освободительное движение трудно было сравнить по масштабам с теми, что существовали в Польше или Литве. Ради собственной независимости эти страны стремились сбежать из тюрьмы. В отличие от Украины, которая обрела свободу лишь потому, что тюрьма рухнула.

Возможно именно поэтому следующие 23 года существования страны были эпохой гибридной независимости. То, что дается даром, ценится значительно меньше, чем то, что отвоевывается самостоятельно. На два постсоветских десятилетия страна застряла в межвременьи, пытаясь сформулировать смысл своего существования.

«Внеблоковость». «Многовекторность». «Мост между Европой и Россией». Главное содержание украинского выбора было в отказе от выбора. В сохранении своей «пограничности». «Транзитности». «Гибридности», если угодно.

2014-й стал для Украины именно тем, чем должен был стать 1991-й. Год победы восстания. Год вторжения. Год, в котором началась история вооруженной борьбы за собственную свободу. Злая ирония: если бы Россия не решилась на войну, украинский дрейф был бы куда меньше. А судьба второго Майдана, с большой долей вероятности, напоминала бы судьбу первого.

Но именно Москва поставила точку в истории украинской «многовекторности». Заставив Украину заняться украинизацией самой себя.

И главным обретением последних пяти лет стал суверенитет.

Украина получила право самостоятельно определять свое будущее. Не согласовывать учебники истории с российскими политиками. Не оглядываться на окрики Москвы и не вслушиваться в голоса, звучащие из Кремля. Классический путь, который проходит любая колония в момент расставания с метрополией. Украина начала этот путь позже своих западных соседей, но лучше поздно, чем никогда.

И когда украинские политики твердят о том, что приоритетом служит территориальная целостность – это звучит довольно тревожно.

Потому что российское вторжение на Донбасс – это война не за территории. Москве не нужны восточные регионы Украины, ей нужна вся бывшая советская республика. Подконтрольная, вторичная и буферная. Сверхзадача Кремля состоит в том, чтобы вручить Киеву Донбасс в роли троянского коня. Чтобы тот выполнял роль поводка на шее украинского суверенитета. Чтобы формальная подчиненность региона Киеву компенсировалась фактическим контролем Москвы.

Если официальная Украина и правда решит вернуть Донбасс – она сможет добиться этого довольно быстро. Достаточно дать автономию. Легализовать боевиков при помощи амнистии и выборов. Москва передаст «моторолам» контроль над границей и сохранит свое влияние на регион. И если «приоритет» – это «границы», то политики отчитаются нам об «историческом выходе из тупика».

Правда они умолчат о том, какую цену мы за это заплатим.

Вся нынешняя война идет не за территории, а за суверенитет. И линия фронта - это линия обороны Украины от России.

Если Москва сочтет возможным обменять оккупированный восток на контроль над всей Украиной – она без промедления это сделает. Попутно избавившись от санкций, статуса изгоя и звания «угрозы миру». Если для Киева приоритетом будет возвращение территорий любой ценой – то очень скоро мы снова вернемся в наше гибридное прошлое. В котором, вдобавок, не будет Крыма. Зато появится свой территориальный «чернобыль», при помощи которого Москва будет уничтожать украинское право на будущее.

Избежать этого можно лишь в том случае, если красной линией для Киева будет суверенитет.

Суверенитет важнее территорий. Именно он должен служить теми контрольными весами, на которых Киев станет взвешивать цену любого соглашения. Именно за суверенитет Украина сражается последние пять лет. И именно его Москва пытается обнулить на протяжении всей истории независимости нашей страны.

Украина не имеет ни единой причины отказываться от Донбасса и Крыма. Но точно так же у нее нет ни единой причины соглашаться на механическую реинтеграцию, если в обмен Москва потребует отдать будущее страны.


Сразу отмечу - у Украины есть причины отказываться от ОРДЛО как минимум в близком будущем.

Подробно я изложил мотивы, по которым Украине не нужно возвращать оккупированную часть Донбасса, я изложил здесь.

Это причины экономические, экологические и политические - и все они против возвращения территорий. Есть и важная психологическая причина:

Пока Донбасс будет искать виновных вне себя, пока он будет виноватыми считать украинцев, бандеровцев, пиндосов, киевлян и т.д. - до тех пор он должен жить отдельно. И наслаждаться своей особостью.
В Украину он может вернуться лишь тогда, когда будет себя считать частью Украины, и притом точно такой же, как и все остальные регионы Украины.
И при этом еще осознавать, что он нуждается в помощи Украины чтобы стать на ноги, и потому это он должен, а не ему должны.


И это тоже важный мотив. Т.е. даже просто возвращение ОРДЛО без каких-либо предварительных условий Украине не нужно - по крайней мере сейчас. Донбасс может вернуться толко тогда, когда решительное большинство населения региона будет к этом стремиться. И никак не раньше.

Иначе он будет канем на шее, обузой и помехой. И постоянным рычагом давления со стороны Кремля. Это Россия воюет за право всучить его нам и тем усилить свое влияние и ограничить наш суверенитет. А мы воюем за то,чтобы ей не удалось этого сделать.

И конечно еще за то, чтобы Краматорск, Мариуполь, Харьков и Одессу не постигла судьба Луганска, Макеевки и Горловки. Мы вынуждены за это воевать - нас принуждает агрессор.

НО сегодня нет никаких аргументов для продолжения войны у Кремля. И то,что источник войны - именно Кремль постепенно становится всем очевидно.
За исключением тех, кто принципиально отказывается видеть
Tags: Казарин, ОРДЛО, РС, реинтерграция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 163 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →