trim_c (trim_c) wrote,
trim_c
trim_c

Categories:

Национальная гордость и ошибки гуманизма

О самолюбие! ты рычаг,
которым Архимед хотел приподнять земной шар!
/Михаил Лермонтов/



Михаил Дубинянский


Тридцать лет назад, 17 ноября 1989 года, началась Бархатная революция в Чехословакии. Событие, послужившее эталоном массового ненасильственного протеста. Историческая веха, которая вместе с рухнувшей Берлинской стеной стала воплощением целой эпохи.

Эта благодушная эпоха породила веру в могущество безоружных, но целеустремленных людей.
В способность мирных демонстрантов побеждать авторитарные режимы. В бескровный уход империи из своих владений.
В либеральный миропорядок и его незыблемость.

Увы, все то, что три десятилетия назад казалось новой нормой, сейчас воспринимается как слабость.

Сегодняшний тренд – это коктейли Молотова и драки со спецназом, кровопролитные гибридные войны и тысячи жертв.
Почему не сбылись надежды на всеобщее смягчение нравов?

Логика бархатной эпохи – это попытка уйти от категоричного "loser has to fall". Уменьшить цену проигрыша, уберечь побежденных от беспощадного падения и превращения в ничто. В обмен на ненасильственную сдачу позиций либеральный порядок дарил проигравшим весьма комфортные условия.

Однако беда в том, что проигравшие все равно чувствовали себя проигравшими.

Главным антагонистом Бархатной революции 1989-го стал Мирослав Штепан – первый секретарь пражского горкома, требовавший подавить протесты силой. Из всей коммунистической верхушки лишь ему довелось побывать в тюрьме за злоупотребления властью, но благодаря буржуазной адвокатуре срок заключения составил менее двух лет.
А потом товарищ Штепан стал совладельцем крупной фирмы по продаже недвижимостии преуспел как бизнесмен. Обзавелся дорогой машиной и уютной виллой в столичном пригороде Баррандов. Казалось, бывший член ЦК КПЧ отлично вписался в новую либеральную норму.

Но для самого Штепана эта норма оставалась проявлением собственной слабости.
Новоиспеченный капиталист по-прежнему переживал из-за победы Бархатной революции, обвинял бывших соратников в предательстве и параллельно с бизнес-деятельностью возглавил маргинальную Партию чехословацких коммунистов, стоявшую на ортодоксальных марксистских позициях.

Бархатное поражение украинской власти в 2004 году позволило Виктору Януковичу и Партии регионов занять комфортнейшую политическую нишу.
Уже через полтора года после революционных событий ПР лидировала на выборах в ВР, а Янукович оказался в премьерском кресле. А потом стал законно избранным президентом

Журналисты и аналитики отмечали, что пребывание в оппозиции пошло Виктору Федоровичу на пользу, и что за эти годы он заметно вырос как политик. Казалась, антигерой Оранжевой революции отлично вписался в новую либеральную норму. Но для самого Януковича эта норма оставалась проявлением собственной слабости.

На протяжении пяти лет он страдал из-за потерянной победы 2004-го, ненавидел участников первого Майдана и винил в своем проигрыше предателя Кучму. Все президентство ВФЯ стало демонстрацией силы – демонстрацией, адресованной не столько соотечественникам, сколько самому себе. Необходимость ощущать себя сильным толкнула гаранта на путь абсолютно иррациональных поступков: от бессмысленной посадки Тимошенко до навязчивого стремления зачистить Евромайдан. Результат известен.

Схожую картину мы наблюдаем и на международной арене. Бархатный проигрыш Москвы в холодной войне принес российскому руководству массу возможностей. Глобальный рынок и миллиарды нефтедолларов. Благоприятнейшие условия для использования soft power на постсоветском пространстве и за его пределами. Дружба с западными лидерами, готовыми закрывать глаза на сворачивание демократии внутри РФ. Комфорт для простого обывателя, который в нулевые стал жить лучше, чем когда-либо прежде в российской истории. Казалось, путинская Россия отлично вписалась в новую либеральную норму.

Но для самой России эта норма оставалась проявлением собственной слабости. Проигравшая империя проклинала либеральный миропорядок, позволивший ей выжить, разбогатеть и окрепнуть.
В Москве продолжали оглядываться назад, вновь и вновь переигрывая события 1989-1991 годов. И при первой возможности променяли soft power на привычные танки и "Грады". С готовностью отказались от глобальной идиллии ради аннексии Крыма, бойни на Донбассе, бряцания ядерным оружием и показательного сжигания импортных сыров…

Победители были в выигрыше всегда и везде, на всем протяжении человеческой истории.

Уникальность бархатной эпохи в том, что ее бенефициарами оказались и побежденные. Но, по иронии судьбы, эти же побежденные всей душой ненавидели эту же эпоху.
И теперь их стараниями бархат сменяется камуфляжем, а жизнеутверждающее "winner takes it all" все чаще соседствует с неумолимым "loser has to fall".


Текст кажется на первый взгляд написанным ради одной идеи. А их тут несколько.

Первая важная идея направлена против распространившейся в нашей информсреде вере о всепобеждающей силе денег в политике. Ничто не может быть дальше от истины! И мотивы человеческие, и мотивы политические в том числе не сводятся к деньгам. Мы иерархические животные и для нас иерархический статус - важнейший стимул, поддерживаемый на гормональном и наркотическом уровне. И деньги для политика - прежде всего инструмент для поддержания и увеличения своего иерархического статуса.

Т.к. это важный инструмент, то может создаться ложное впечатление, что именно за него политик и борется. что это и есть главная цель. Однако цель генерала не в том чтобы заполучить новые пушки, а в том чтобы победить в войне.

И мы отчетливо видим, что как только деньги начинают мешать достижению в иерархии власти политико от них отказывается. И Путин и Россия без колебаний пошли на очень серьезные финансовые потери с целью возврата статуса мирового игрока.
СТАТУС ВАЖНЕЕ ДЕНЕГ, ГОРДОСТЬ ВАЖНЕЕ ДЕНЕГ.

Отмечу что и Майданы случились в период относительного благополучия материального. Но люди вышли на Майдан, когда почувствовали себя униженными, ради гордости а не ради денег. И избивать их было безусловно самоубийственным решением. но...Янукович не мог удержаться - уже ради своего понимания гордости.

А вот Порошенко ради денег жертвует политическим успехом. И это и доказывает, что он прежде всего олигарх, а политика для него скорее средство, чем цель, средство расширения бизнеса, и когда бизнес требует - политика отступает. Это означает между прочим, что для ГОРДОСТИ Порошенко быть первым олигархом важней чем первым политиком.

Ну и наконец идея вторая - о времени. Времени побежденных, которые вспоминают о своей гордости (тут кстати не только Россия, но и Польша и Венгрия и Макрон). И для которых НАЦИОНАЛЬНАЯ ГОРДОСТЬ оказалась ценностью номер один.

Явление имеет место.оно чрезвычайно опасно и оно свидетельствует о крайне низком уровнем цивилизованности - даже и в Европе. Потому что реальное устройство мира настоятельно требует ощутить себя человечество - а успех в политике по-прежнему принадлежит ультрапатриотам.

Психология обезьян и принцип "победителю все", а политика = игра с нулевой суммой, ведем человечество к гибели. Это вещь очевидная. Однако же маемо тэ що маемо.

И остается только играть партию "вопиющего в пустыне"
Tags: Дубинянский, патриотизм, приматы, психология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments