... почти что милостью Божьей
Михаил Дубинянский
Российского лидера охотно сравнивают с царем, и после перекраивания конституции таких сравнений станет еще больше. Правда, есть один нюанс, часто упускаемый из вида. Подлинная монархия – это не только единоличная, но, как правило, и наследственная власть. Власть, не предполагающая утомительного и унизительного продвижения из грязи в князи. А президенту Путину не вычеркнуть из личного политического анамнеза ношение чемоданов за питерским градоначальником.
Нынешний хозяин Кремля может видеть себя реинкарнацией Ивана Грозного, Николая I или Александра III. Но из всех российских самодержцев ВВП корректно сравнивать разве что с сыном вяземского помещика Борисом Годуновым, пробившимся наверх благодаря административному рвению и моральной гибкости. Настоящие наследные государи из числа Рюриковичей и Романовых – не чета Владимиру Владимировичу…
Парадокс в том, что украинский коллега Путина вписывается в эту роль намного лучше.
По своему психологическому складу президент Зе близок именно к идеалам классической монархии.Фактически во главе государства очутился стереотипный король, будто явившийся на Банковую из романов Дюма или пьес Шварца. Узнаваемость, популярность, доверие соотечественников, заоблачный рейтинг: все это пришло к новорожденному политику Зе из прошлой жизни. Пришло как данность, не потребовав от Владимира Александровича заметных усилий и умений, проявляемых на политическом поприще. Досталось, словно королевская корона, полученная по праву рождения.
Наследственная монархия веками приводила к власти неопытных и неумелых людей. Наши прошлогодние выборы имели тот же эффект.
Неудивительно, что год назад многие рассуждали о переходе Украины к парламентской республике и предрекали дилетанту Зе роль английской королевы. Но, вопреки прогнозам, центром принятия решений стала именно Банковая. Владимир Зеленский оказался абсолютным монархом – с типичными пороками и достоинствами.
Начнем с позитива. Даже критики признают президента Зе неплохим человеком и отмечают его идеализм, нехарактерный для постсоветского политикума. Эта неиспорченность роднит Владимира Александровича с коронованными особами прошлого: Францу Иосифу I, Александру II или Фридриху Вильгельму III не приходилось упражняться в карьеризме и коррупции, чтобы попасть наверх. Подобно благонамеренным монархам, Зеленский избежал отрицательного морального отбора.
Увы, положительный профессиональный отбор тоже миновал Зеленского – и это тоже типично для венценосца, очутившегося на троне волею судьбы. Нынешний украинский лидер находится даже в худшем положении, чем наследные принцы, которых все-таки готовили к будущей миссии, хоть и не всегда успешно.
Президентство бывшего комика принято рассматривать как уникальный прецедент. Но уникального станет гораздо меньше, если оценивать правление Зе по меркам XVIII-начала XIX столетий. Эпохи, когда в Европе еще преобладала абсолютная монархия, а новое время уже порождало вызовы, с которыми носитель наследственной власти обычно не справлялся.Некомпетентных, но при этом неограниченных правителей повсеместно дополняли персонажи с соответствующими навыками и волевыми качествами. Фавориты, временщики, могущественные администраторы, заполнявшие собой руководящий вакуум.
Граф Струэнзе при Кристиане VII Датском. Маркиз Помбал при Жозе I Португальском. Мануэль Годой при Карле IV Испанском. Джон Актон при Фердинанде IV Неаполитанском. Зюсс Оппенгеймер при Карле Александре Вюртембергском… Этот исторический список обширен – и Богдан с Ермаком смотрелись бы там вполне органично.
Украина Зе перенеслась в декорации двухсот-трехсотлетней давности. Торжествующий фаворитизм. Придворные интриги. Столкновение различных группировок, формально присягнувших Его Величеству, но преследующих противоположные интересы. Ожесточенная борьба за доступ к монаршим ушам. Радужные надежды и горькие разочарования.
Заигрывание Зеленского с младореформаторами воодушевляло не меньше, чем приход какого-нибудь Тюрго, любимца ученых и философов, назначенного министром при Людовике XVI, но уже через двадцать месяцев впавшего в немилость.
Усиление Авакова выглядит таким же пугающим, как возвышение какого-нибудь Бирона при Анне Иоанновне или Аракчеева при Александре I.А отдельные фигуры из окружения Зе начинают казаться злыми демонами, сбивающими государя с пути истинного: "Надменный временщик, и подлый и коварный, монарха хитрый льстец и друг неблагодарный".
Король не формирует собственную повестку, но благословляет чужую. Лучшее и худшее, на что он способен, – это дать зеленый свет одной из придворных партий. Простой люд может ждать от короля подвигов, но сведущая публика ждет от Его Величества лишь одного: выбора.
Реформы или ретроградство. Либералы или консерваторы. Патриоты или капитулянты. Сотрудничество с МВФ или Коломойский с дефолтом.Справедливости ради отметим, что, сталкиваясь с жесткой необходимостью выбирать, Зеленский оказывается не настолько безнадежен, как многие опасались год назад.
Но что действительно удается Владимиру Александровичу, так это дистанцироваться от правящей касты в глазах населения. Противопоставлять себя – добродетельного монарха – нерадивым и нечистоплотным вельможам. Конечно, игру в хорошего царя и плохих бояр пытались освоить все украинские президенты, но у Зеленского это получается намного естественнее, чем у кого-либо из предшественников.
И личный рейтинг Зе падает медленнее, чем следовало бы ожидать, учитывая нарастающие отечественные невзгоды. Достаточно взглянуть на недавний соцопрос об эффективности украинской борьбы с коронавирусом. Действия премьер-министра позитивно оценивают 30% , усилия МВД – 37%, старания МОЗ – 38%. Зато президента считают эффективным борцом с эпидемией аж 56% опрошенных.
Что ж, это далеко не предел: в той же Франции столетиями бытовала вера в "королевское чудо" – способность Его Величества исцелять золотушных простым прикосновением руки. Право, немного жаль, что современные медицинские воззрения не оставляют Владимиру Зеленскому такой возможности!
Многим активным писателям соцсетей кажется, что обнаружив промахи у известного политика или эксперта они тем самым доказали всем, и себе в первую очередь, что они и умнее и компетентнее некоего известного Имени. Не говорю о весьма распространенном варианте, когда якобы обнаруженный промах Имени - всего лишь иллюзия некомпетентного критика. Даже когда критика справедлива, а обнаруженный промах реален, - увы это мало что доказывает.
Потому что подлинная глубина ума в спсобности выдвигать новые идеи и находить новые точки зрения. а вовсе не обнаруживать промахи у тех, кто творит новое. "Кинокритик это человек, который рассказывает мне как он снял бы мой фильм вместо меня, если бы умел это делать" - этот замечательный афоризм Занусси относится далеко не только к кино. И никакие промахи научной теории, обнаруженные критиками, не заставят от нее отказаться. для этого необходимо создать лучшую теорию.
История запоминает творцов, а не их критиков - и это справедливо.
Вот публицист Дубинянский умеет находить неожиданные точки зрения на всем известные факты - это признак настоящего ума. Такой человек мог бы стать хорошим ученым, когда бы имел к тому склонность.
В этой статье выдвинута новая точка зрения на Зеленского. предлагающая искать аналогии и прогнозы совершенно не в той области. где это делают его заурядные и многочисленные критики. КАоторые замечув в основном писали глупые и ложные банальности раньше и продолжают делать это теперь, утверждая что они все предвидели с самого начала.
А они с самого начала повторяли внушенную им пропаганду и сегодня продолжают делать ровно то же самое.Зеленский им его политика претерпели уже два изменения, второе очень масштабное, а критики твердят все те же ложные банальности.
Я не знаю насколько истинна и плодотворна точка зрения предлагаемая Дубинянским, это еще предстоит обдумать. Но она позволяет увидеть ситуацию принципиально под другим углом зрения, каковой до сих пор не рассматривался никем - и уже поэтому она плодотворна и она есть достижение.
Даже если окажется, что аналогия не работает - на пути установления этого безусловно будут обнаружены новые идеи.
И это докажет старую истину,обнаружив (заметьте!) в ней новое содержание, которого я, например, никогда раньше не видел
Постпиграф
Лучше с умным потерять, чем с дураком найти.
Потому что глупец предлагает только банальности