trim_c (trim_c) wrote,
trim_c
trim_c

Category:

Господа, Вы звери, господа…


 
Весь в гвоздях забор - ощетинился.   
А хозяин-вор оскотинился             
/Н.Некрасов/                         

Оскотинились


Уже находящуюся в СИЗО Тимошенко Шевченковский суд арестовал вторично. Причем хотя максимальный срок содержания под стражей определен законом в два месяца, решение вынесено без указания срока – Тимошенко арестована пожизненно.
Срок беззаконный, сама процедура беззаконная – не предусмотрено законом проведение заседаний в СИЗО для лиц, не отбывающих срок (подобное допустимо лишь для тех, кто уже отбывает срок за одно преступление и проходит в качестве обвиняемого по новому делу), запрещена законом непубличность суда. Но судья Трубников решил чихать на закон.
Все это ладно. К беззакониям новой власти мы уже притерпелись. Но есть тут и новая деталь.

В 9 часов утра в камеру к больной Тимошенко, которая фактически не встает с постели уж две недели пришли судья, прокурор, следователь СБУ, секретарь суда, два милиционера охраны. Внесли два стола (постарайтесь поотчетливей представить картину – это ведь камера, а не зал заседаний). Судья поставил кресло возле параши, все расселись, менты стоят, Тимошенко лежит на койке.
Судья начал процесс – и процесс этот длился 12 часов с тремя небольшими перерывами – перерывы были вызваны тем, что к Тимошенко вызывали врачей. Врачи давали обезболивающее, подтверждали обострение стресса и болевого синдрома и заключали: «Критических противопоказаний к проведению суда не имеется».
/Что значит «критических»? т.е. не умрет на процессе – у нас тюремщики, включая врачей, люди сталинского закала, гвозди бы делать из этих людей – их ничем не проймешь/

Господа, а ведь это пытка. Вот на глазах у всей страны, на процессе, за которым без преувеличения следит весь мир, пытают человека. Немолодую больную женщину.
Это признаки того, что они совсем оскотинились.
Это зверье – не подберу другого слова.
И ведь не сами додумались, ни для кого ведь не секрет, кто принимает все решения на этом процессе.

Ну и конечно депутат Олейник благостно улыбаясь рассказывает, что это было очень гуманно, потому что везти больную в суд было бы еще хуже. А судья поступил по закону ибо принять решение о мере пресечения он должен в 72 часа. Ну, а то, что другими законами запрещены непубличные слушания и проведение процесса в СИЗО над неосужденным - об этом благостный депутат, в прошлом кстати член БЮТ, забыл. Как и о том, что в данных обстоятельствах отсрочить рассмотрение дела ничто не мешало – обвиняемый не может ни скрыться, ни препятствовать следствию. Не помнит про это Олейник. Как и о том, что пытать больного 12 часов подряд ТОЖЕ НИКАКОЙ ЗАКОН НЕ ТРЕБУЕТ.
Сволочь он, депутат Олейник. Просто сволочь, озверевшая от краденого богатства и вседозволенности.

А депутат Ефремов, скотина, заявляет – только вдумайтесь, - что «если принять популистское решение и дать команду судам неизвестно каким образом освободить ее, то будет еще хуже. Тогда начнут обвинять в том, что Украина является совсем недемократической державой. А мы сейчас пытаемся свято хранить законность. "Более того, в следственном изоляторе, по тем данным, которые нам предоставлены ГПУ, она находится в более комфортных условиях, чем другие подследственные" »

Ну конечно в лучших, просто в идеальных.
Правда, по словам Карпачевой, руководитель медчасти СИЗО сообщил ей о том, что они прекратили колоть Тимошенко обезболивающие, потому что, по их наблюдениям, эти инъекции вызывают синяки на теле. Человек мучается от боли, но наши тюремные врачи – всегда на страже, бдят, и не допустят облегчения боли.
/Гвозди бы делать из этих людей...Потому что просто врачи, не тюремщики сталинского закала, поискали бы обезболивающее без таких последствий,а может усложнили бы диагноз и указали бы на необходимость больничного лечения/

Нет, точно оскотинились.

И вспоминается потрясающая интонация, с которой Елена Соловей произносит свою главную фразу в «Рабе любви»:
- Господа, вы звери, господа..

И еще пару слов, но о главном


Сначала пару цитат из выводов Харьковской правозащитной группы:
По данным социологических исследований на национальном уровне, проведенных по проекту Харьковской правозащитной группы при поддержке Европейской Комиссии, оценочное количество пострадавших от незаконного насилия в милиции в 2010 составила более 790 тысяч, а в 2011 - 980 тысяч.

Известно, что в 2010 году в учреждениях милиции погиб 51 человек (в 2009 - 23 погибших), а на конец июня 2011 года в публичную сферу попали сведения о 27 погибших.


Я вот о чем хочу сказать. Не все знакомятся с выводами разных правозащитных групп, и далеко не все им доверяют. Но то, что делается с Тимошенко, делается публично и на глазах у всех. Ну и какова реакция общества?
А никакая. Под СИЗО протестуют двадцать человек, организованных БЮТ. И это всё.

Помню, когда я начал знакомиться с историей гитлеровского режима, с тем как они пришли к власти и что потом творили немцы, меня мучил вопрос.
Хорошо, два десятка маньяков, потом несколько тысяч фанатов, пару десятков тысяч обиженных…Но ведь зверства творились, и творились они на глазах у миллионов. А потом и миллионы стали принимать посильное участие.
А ведь это культурная, образованная, дисциплинированная нация.
И такое озверение массовое – как такое могло случиться?

А постепенно. Сначала один случай, потом десять, потом тысячи – а потом привыкли и вошли во вкус. И целая нация впала в озверение, утратила образ Божий и человеческий.

Вот сейчас мы равнодушно следим за тем, как пытают, убивают в тюрьмах, убивают на улицах, милиционеры, судьи, депутаты, их дети, их жены и их любовницы, убивают безнаказанно и пытают безнаказанно и при всеобщем равнодушии…

А потом спустя полвека наши потомки будут читать и изумляться – почему они никак не реагировали? И думать, будут думать –
Уже не о НИХ, нет обо всех нас
- Господа, вы звери, господа..
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 83 comments

Recent Posts from This Journal