trim_c (trim_c) wrote,
trim_c
trim_c

Пусть нам скажут - он есть, или его нет?

То, что в Украине глубочайший экономический кризис за всю ее историю - вещь вполне очевидная, равно как и причины его вызвавшие: общемировой экономический спад, отторжение двух немалых кусков территории, разрыв торгово-экономических связей с одним из наиболее крупных торговых партнеров, чудовищное воровство предыдущей власти, чудовищная коррупция новой власти и, наконец, война. Такой компот перенести экономике было сложно. Речь, однако, пойдет не о том.

Об экономическом кризисе в России


Просматривая интернет, я столкнулся мнениями двух профессиональных экономистов, считающихся серьезными аналитиками. Но дело в том. что взгляды их были непросто разными а диаметрально противоположными, И я дам слово каждому из них.

Кризис закончился, забудьте

Что касается финансово-экономического кризиса, как мы знаем, он уже закончился с точки зрения производственной сферы, он закончился в июне, уже идет три месяца экономического роста.

Если посмотреть объем реального выпуска, то он увеличился более, чем на 2% с июня. Как бы то ни было, нижняя точка пройдена, если не произойдет каких-то случайностей, то экономический рост будет продолжаться и в январе следующего года. Если экономический рост будет продолжаться не менее 6 месяцев, у нас будет возможность официально признать рецессию завершенной в июне 2015 года, экономический рост возобновленным.

Так что это очень важная часть. И в этом смысле не только Медведев, но и Улюкаев, сам Путин, говоря на конференции ВТБ, наконец-то повторили то, что было написано, в частности мною два месяца назад, в августе, по результатам мониторинга ситуации в российской производственной сфере. Да, в производственной сфере рецессия закончилась в июне 2015 года. В социальной сфере рецессия не только не закончилась, она продолжается, более того, она усугубляется. Потому что сокращение социальных показателей реальных доходов населения, реальной зарплаты, реальных пенсий, розничного товарооборота продолжается, независимо от восстановления экономического роста.

Если у нас идет экономический рост, это означает, что санкции не действуют Более того, экономический рост охватывает даже такую сферу, как добыча нефти, против которой были частичные санкции введены. Собственно говоря, ни одно исследование не показало какой-либо убедительной связи между введенными санкциями против России и какими-либо экономическими проблемами в России. Более того, в третьем квартале возобновился приток капитала в Россию, оттока капитала уже нет. Что касается международных резервов, они увеличились с минимального значения на 24 миллиарда долларов. У нас минимальная цифра была 350 миллиардов долларов, сейчас 374 миллиарда долларов за несколько месяцев.

Если снизятся цены на нефть, снизится валютный курс. Валютный курс является гораздо более эффективным регулятором увеличения международных резервов, чем цены на нефть.

Конечно, выход из кризиса оплачивается за счет населения. Потому что социальные показатели проваливаются, у нас действительно уровень потребления снизился примерно на 10%, это очень серьезное сокращение, при увеличении производства, при увеличении, кстати, военных расходов.

Андрей Илларионов для Радио СВОБОДА


О глубочайшем кризисе в экономике РФ

На нынешнюю ситуацию повлияли сразу несколько факторов — и падение цен на нефть, и западные санкции, и внутренние проблемы, но главным из них является то, что происходит в самой стране, во взаимоотношениях власти и бизнеса.

Снижение темпов роста российской экономики началось задолго до украинских событий и введения санкций, а остановка роста случилась до начала падения нефтяных цен. Поэтому основным фактором, предопределяющим экономическую динамику в РФ, является сокращение инвестиций, нежелание бизнеса инвестировать в развитие. И причины такого положения дел тоже вполне понятны.

За время своего правления Владимир Путин постепенно разрушил всю институциональную среду, являющуюся основой для частной экономической активности. Разрушил фундамент любой экономической системы — институт прав частной собственности, разрушил механизм федеративного государства, разрушил механизм политической конкуренции и сменяемости власти — выборы на всех уровнях превратились в фарс. А также — механизм четвертой власти, независимых СМИ, вместо которой Россия получила институт геббельсовской пропаганды, успешно промывающей мозги 85 % населения, оправдывающей войну, агрессию и убийства.

Хотя нынешний экономический кризис является, на мой взгляд, самым тяжелым в российской истории, даже тяжелее, чем кризис начала 90‑х, само по себе падение экономики невелико. Все прогнозы на текущий год предсказывают снижение ВВП не более чем на 4 %, а усредненный прогноз на будущий год говорит о нулевом росте. Стремительное падение цен на нефть и российского рубля в ноябре-декабре прошлого года, вопреки ожиданиям многих экспертов, не привели ни к чему похожему, что наблюдалось в конце 2008—начале 2009 годов. Реальный сектор российской экономики продемонстрировал лишь незначительное падение, и этому есть вполне рациональные объяснения.

Факторы роста

Во-первых, Россия — страна с сырьевой экономикой. Ни в конце 2014‑го, ни в 2015‑м сырьевые отрасли не испытали сокращения внешнего спроса, с которым они столкнулись в конце 2008‑го. Они продолжали медленно расти, обеспечивая загрузку транспорта, а в январе 2009 года падение объема грузовых перевозок у РЖД превышало 30%.

Во-вторых, заметным двигателем развития российской промышленности последние пару лет стало производство вооружений. Новая программа вооружений и выделенные на нее 23 трлн руб. на период 2012–2020 годов привели к тому, что темпы роста оборонной промышленности составляют теперь 15–20 %.

В текущем году программа закупки вооружений не сокращена, более того, практически полностью профинансирована в первом квартале Да, с точки зрения общественной полезности производство вооружений не имеет никакого смысла, но статистика ВВП и промышленного производства этого не улавливает.

В-третьих, заметную роль в поддержании темпов роста в жилищном строительстве и производстве строительных материалов вплоть до конца первого квартала 2015‑го играл стремительный рост объемов ипотечного кредитования в 2012–2014 годах. Однако действие этого фактора исчерпало себя весной 2015‑го.

Самые болезненные процессы в российской экономике лежат на стороне внутреннего спроса и связаны с резким ростом инфляции, переходом бюджета в неустойчивое состояние и продолжающимся падением инвестиционной активности.

Порочный круг

Повышение темпов инфляции началось еще весной прошлого года. Немедленным следствием ускорения инфляции стало резкое снижение уровня жизни населения. По оценкам Росстата, реальная зарплата и объем розничных продаж уже к весне сократились на 10%. Немедленным вслед за ускорением инфляции стал резко снижаться уровень жизни населения. По оценкам Росстата, реальная зарплата и объем розничных продаж уже к весне сократились на 10 %.

Жесткие финансовые ограничения для российского бюджета связаны с двумя факторами. Во-первых, дефицит бюджета, похоже, является табу для Путина еще со времен кризиса 1998‑го. Во-вторых, хотя западные санкции формально не распространяются непосредственно на Российскую Федерацию, привлечь средства для финансирования дефицита бюджета ни на внешних рынках капитала, ни на внутреннем без серьезного повышения уровня процентных ставок российский минфин не может. А тогда единственным источником для финансирования дефицита остаются средства Резервного фонда, которых даже без индексации зарплат бюджетников и пенсий с трудом хватает до лета 2017‑го.

Сжимающаяся экономика при низких ценах на нефть создает порочный круг: падающие доходы и отсутствие возможности профинансировать дефицит бюджета за счет заемных средств ведут к сокращению расходов (и на выплаты населению, и текущих, и инвестиционных), а сокращение расходов снижает спрос и затягивает скольжение вниз.

За 15 лет правления Владимира Путина российская экономика не только не укрепилась, но и, напротив, стала гораздо более хрупкой и неустойчивой. Стратегия российских властей сегодня опирается на надежду, что нефтяные цены рано или поздно пойдут вверх и это улучшит положение дел в экономике. Однако институциональные разрушения достигли такого масштаба, что даже повышение нефтяных цен не сделает российскую экономику устойчивой в долгосрочном плане.

Сергей Алексашенко для новое время


Ну вот - предъявлены два взгляда.
Я тут испытываю когнитивный диссонанс. Мои примитивные представления об экономике тянут меня ближе к позиции Илларионова. Дно достигнуто, ожидаем начало роста.

А вот мое почтение к авторитету Алексашенко, чьи прогнозы сбываются куда получше илларионовских, толкает меня в сторону прямо противоположную.

Если заглянуть к еще одному экономическому авторитету, Александру Аузану, то он считает что будет падения уровня жизни и рост ВПК, но это не понизит политического доверия:
Мне представляется, что мы теперь имеем другую форму обмена ожиданиями. Ограничение потребления меняется в данном случае на принадлежность к великой державе, на ощущение такой принадлежности.


Т.е. экономика будет медленно замедляться, и жить в таком режиме страна может долго, ибо обмен холодильника на телевизор сделан надолго.

Но это мнения экспертов. Поживем - увидим
Tags: Алексашенко, Илларионов, прогноз
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 60 comments